В Асаду ли, в огороде

А вот у нас в деревне тоже похожая история приключилась.

Петрович, который пастух, вздумал полезть к Сергеичу в огород курей гонять. 

– Они, – говорит, – потенциальную угрозу для всей деревни представляют. Сейчас ему посевы топчут, а могут и до меня добраться со своими террористическими атаками. 

Ему люди кругом смеются: 

– Где твой дом, и где Сергеича? В одном и другом конце деревни, а между ними аккурат роща, кладбище и речка. Да и твоё ди дело до чужого огорода?

– Я, – говорит Петрович, – лучше его знаю, как ему хозяйство вести надо. 

Плюнули люди на пастуха, дескать, предупреждали, и по домам разошлись. 

Набрал Петрович полную пазуху камней и стал между грядками бегать, ну, чисто – бомбардировщик, птицу пугать так, что та от страха всю ботву потоптала и нечистотами кругом испачкала. Кудахчет и кукарекает от безысходности. 

А Петрович в раж вошел,  – трёх куриц подбил и четырёх до инфаркта довёл. Но не столько этих пернатых террористов подстрелил, сколько кругом дров наломал: снес штакетник, скосил горох и свеклу начисто вытоптал своими прицельными и высокоточными бомбардировками. 

Тут Сергеич домой вернулся на тракторе. И слава Богу, что трезвый приехал, и только пару стаканов у механиков принял: потому что страшен он по пьяной лавочке. То Петровича и спасло. Вынул Сергеич оглоблю из хлева и побежал скоренько на охрану своих государственных границ. Подошел сзади и ласково по шее бомбометателя и приложил.

– Я тебе говорил: не ходить в мой огород? 

– Говорил. 

– Десять раз я тебя предупреждал? 

– Предупреждал. 

– Ну, так не обижайся, если я тебя оглоблей отоварю. 

Петрович второго раза ждать не стал – ломанулся на корачках к речке, ногами-то теперь ему несподручно, не держат ноги-то от такого подлого удара в спину. "Вот, - думает, – гад какой! Одного врага вместе бьём, а он что творит!" 

Приполз в крапиву, сидит, думает, что же ему дальше делать? Пойти разве к себе домой – хлев починить? Крыша так прохудилась, что во всякий дождь через солому заливает. Или дров, что ли, в лесу наколоть? Третий месяц в избе нетоплено. Но это, думает, дело десятое. Сейчас важнее геополитически себя показать. А то Сергеич с этой оглоблей такой общественный резонанс во всем мире вызвал, что ежели ему ассиметрично не ответить – никто в деревне Петровича больше уважать не будет. 

Дождался ночи, вернулся на вражескую территорию, с угла дома соломы приложил и зажег Сергеича в отместку. Потушить не успели, только, слава Богу, сами спаслись. От Сергеича перекинулось к Кузмичу, от того – к Прокопьевне, от ей – дальше пошло вкруголя по деревне. Избы-то близко друг к другу. От дома к дому, добралось и до Петровича в объезд, мимо кладбища и речки. Короче, выгорели все из-за дурака. А потому теперь мы – погорельцы, и подайте, Христа ради, кто сколько сможет!

Рис. Алеши Ступина