Про евреев и других
Максим Стишов
Кто бы мог подумать
– Старею!- вздохнул Арончик (67)
– Кто бы мог подумать, – мрачно заметил Малков (72)
– Раньше смотрел только на красивых девушек, а теперь – на всех молоденьких, –посетовал Арончик.
Малков криво улыбнулся. Откуда-то сбоку раздались звуки женского оргазма. Арончик вздрогнул и повернул голову.
Сосед Малкова по палате, кучерявый толстяк-почечник (26) ответил на звонок своей девушки.
– Сто раз просил его поменять – ни в какую! – зло сказал Малков.
Дело происходило в больнице. Арончик навещал Малкова, которому недавно сделали операцию на простате.
40 лет спустя
– Если хочешь увидеть свою жену в старости – посмотри на ее мать, – любил говаривать дед.
И хотя будущая тёща (тогда 45) ни по каким параметрам доверия Соболю не внушала, он все-таки женился на Лене. Во-первых, очень любил, а во-вторых, кто в 22 думает о старости?
Но 40 лет спустя, глядя на когда-то тоненькую, воздушную девочку, как-то незаметно превратившуюся в матрону с огромным задом и мужским голосом, Соболь вспоминал дедов афоризм.
– Чего боялась я, то и постигло меня, – вздохнула как-то Лена, глядя на себя в зеркало. – Вылитая мама.
– Ну, не вылитая. Так, отдельные элементы, – неубедительно подлизался Соболь.
– Зато ты – вылитый Евгений Эдуардович.
– Я?! Папа был ниже и сильно толще!
– Ну конечно! А ты у нас накачанный гигант и, что самое главное, не хранишь использованные чайные пакетики!
Это был удар поддых.
– Ничего я не храню! – возмутился Соболь. – Просто... иногда забываю выбросить.
И в знак протеста он вышел из комнаты.
Мужчина мечты
Для женщин Мачан (47) был мужчиной мечты – высокий, богатый, почти непьющий.
Он же делил женщин на зимних и летних.
Зимняя – в теле, ленива, любит баню, готовит борщ и спит голой даже в лютые морозы. Когда идет ночью в туалет – поддерживает рукой свою необъятную грудь.
Летняя – худа, мерзлява, плоскогруда и безалаберна, зато неутомима в любви.
Неудивительно, что он так и не женился. Все немалое состояние Мачана после скоропостижной его смерти и многолетних судов отошло его внебрачной дочери из Гомеля.
Девушка живет в неврологическом интернате, а деньгами фактически распоряжается ее мать, с которой у Мачана было как-то разок по пьяни.