Береги евреев смолоду

В мире много эксцентричных политиков, но Александр Григорьевич – один. Специально для тех, кто забыл об этом, президент Беларуси призвал "взять под контроль" евреев в стране. Редакция "Бесэдер?" решила выяснить, как это.

Корреспондент. Доброе утро, Александр Григорьевич. Я только хотел спросить, не идет ли речь о…

Лукашенко. Нет.

Корр. Ну что ж, спасибо за.

Лук. Куда? А покушать? Не пущу! Садись, кушай, не стесняйся.

Корр. Ну ладно, раз вы настаиваете на продолжении интервью, скажите, чем вызвано ваше желание контролировать белорусских евреев? Уж не, простите, антисемитизмом ли?

Лук. Антисеми… шо? Чудной ты. Да это у меня в стране евреи распоясались. Вот я и говорю Семену: проконтролируй. А вы шуметь. У вас что, своих евреев нет, чтоб шуметь?

Корр. Не могли бы вы привести пример распоясывания?

Лук. Хоть сто! У нас и евреев примерно столько же. А проблем от них тысяча. С чего это вдруг они в свой новый год макают в мед яблоки? Пусть картошку макают.

Корр. Как еще вы собираетесь брать евреев под контроль?

Лук. И не мацу свою некалорийную есть, а драники. Вы должны понимать, евреи – древний народ. Почти как беларусы. 

Корр. И как, по-вашему, белорусские евреи воспримут такие перемены?

Лук. С готовностью воспримут, вот как. Они уже и сами на стену лезут.

Корр. Где?

Лук. На учениях. Был я на днях в одной воинской части. Вот ты и скажи, зачем мне евреи-спецназовцы? Их же простой народ бояться будет!

Корр. А что в этом плохого? 

Лук. А то, что народ – мужик простой, и вот представь, приходит он на выборы, и не знает кого бояться. Так и до второго тура недалеко! Тур меня, тур...

Корр. То есть, вы опасаетесь деконсолидации вашего электората?

Лук. Ты по-русски-то говори. Чай, не в вашей еврейской Америке. Я тебе как на духу скажу: я всех люблю. Но если надо, значит надо.

Корр. И вам таки надо?

Лук. Таки да. Я думаю, евреям Белорусии нужна одна большая еврейская мама. С холодной материнской головой, с чистыми материнскими руками и с любящим материнским сердцем.

Корр. Я кажется докушал. Можно я пойду?

Лук. Иди, иди, гуляй. Только шапочку надень.