|
Пес у него шикарный – щенок бобтейла. Шерстяная гора с огромной головой. У людей бобтейлы с их длинной мягкой шерстью неизбежно покрыты колтунами, с которыми не справиться никакому сучкорезу. Энджи всегда расчесан, как русалка.
Хозяин Энджи способен говорить только о своем вундеркинде, как еврейская мама. Гуляют они 6 (шесть!) раз в сутки, встреч не избежать.
– Энджи, – причитаю, – какой же ты чистенький! А мой-то Тимофей вечно весь в говне. Вы его моете или чешете?
– Все непросто, – полилась ария Каварадосси. – Вы знаете, как образуются колтуны? Переплетаются два волоска, и на них всё липнет. Я сперва пальцами распутываю колтун, отделяя мертвую шерсть. Потом пуходеркой. Вычесываю. И так каждый колтун. Потом расчесываю…
– Пуходеркой?
– С какой стати пуходеркой! Большим гребнем. Потом купаю. И феню.
– Какую Феню?
– Феню! – он взглянул на меня с угрозой. – Сушу феном. Все это занимает у нас четыре часа.
Я всё порывалась спросить, где он так ловко устроился, чтоб 4 часа в день распутывать собачьи колтуны плюс гулять шесть раз в сутки. Но доклад был полноводен и катился без пауз.
– С большой собакой надо гулять.
– Ну да… ему же дома, небось, тесно…
– Ему не тесно. Он сворачивается в шарик и места не занимает. Но ему скучно. Вот вы (я постаралась сжаться в шарик) – вы же наверняка ничего не понимаете, как и моя жена. Вы думаете, если у вас есть гина, собаке достаточно там бегать…
– Если честно, мои собаки на даче под Москвой так и живут – бегают, как оглашенные, по саду, язык на плечо.
– Так вот это очень большая ошибка. Собака тоскует по впечатлениям. Она сидит под забором и тоскует! Она несчастна! С собакой надо ходить по новым местам, чтоб она получала информацию. Мы проходим в день 15 километров, понятно? Собаку надо нагружать!
– О! Я мужу всё время говорю: нагружайся, Игорешка, хватит пузо отращивать… Да и кастратик Тимофей вместо канонических 8-9 кг, весит 13.
– Он не летает…
– А? В каком смысле «не летает»?
– Вы совсем меня не слушаете. Я взял его у заводчицы в пять месяцев. А купил – понимаете – КУПИЛ, т.е. деньги заплатил, когда ему было три недели. Все это время его дрессировали. Тогда они летали на выставки. Он чемпион мира среди щенков овчарок.
– Овчарок?
- А вы не знали, что бобтейл – овчарка? Вы, наверное, думаете, что овчарка – это на зоне, убийца, да? А это пастух. Вот отара. Тыща, пять тыщ голов. Отара – это…
– Да знаю. Стадо коз.
– Каких коз! Откуда вы вообще свалились? Овец. Овец! Десять тыщ овец. С ними конных пастухов шесть штук и пять овчарок. И эти овчарки…
Тимофей смотрел на меня глазами, полными слез. Мы оба думали о том, кто бы распутывал пастуху Энджи колтуны на горных пастбищах.
– И специальный тренер учил его плавать.
– И играть в шахматы?
Недавно я узнала, что у них еще живет питон. Небольшой, метра два.
|