Поправка

Сергей Саваренский

– Где была? – муж оглядел стоящую в дверях жену.
Из-под распахнутой норковой шубы виднелся строгий костюм с депутатским значком на лацкане.
– Поправку принимали. К закону.
– До ночи?
– Консенсус искали. Пусти, спать хочу.
– А не кажется тебе, что законы вы принимаете нелепые? – муж, обычный мужик, женившийся когда-то на бойкой комсомолке, бросившейся в политику, загородил проход. – То предлагаете запретить женщинам в брюках в театр ходить, то твердый знак упразднить. Кому это нужно?
– Народу,  – подняла палец депутатка. – Чтоб не переживал. Всегда выдумываем что-нибудь в кризис. Рубль только рухнул,  а мы: а давайте запретим на гитары банты вешать. Народ отвлекается, тем самым нервы бережет. 
– А про мои нервы ты не подумала? Приходишь за полночь.
– Я тебе верна, как партии.
– Какой? Ты уже в пятой.
Жена молчала, терпеливо моргая.
– И что вы сегодня обсуждали?
– Декрили…демили… декриминализацию побоев. В семье. Теперь полиция не будет вмешиваться, если в традиционной российской семье кто-нибудь кому-нибудь даст по морде. Цены ведь растут. Надо народ задобрить.
– Значит, драться теперь можно?
– В семье – сколько влезет, – стянув шубу, жена побрела в ванную. 
– Ты забыла сегодня  дома телефон, – сказал ей в спину муж. 
Жена застыла.
– «Кошечка! Жду, как всегда, в восемь, чтоб снова побыть в твоих коготках. Мышонок.» Написано вчера.
– Товарищ по фракции. Мы с ним часто спорим… Это депутатский сленг.  Означает жаркий нелицеприятный спор. О поправках.
– И вы их сегодня приняли?
– Ну да. О декриминализации побоев.
– И закон вступает в силу…
– Завтра. Ой, уже сегодня!  
– Тогда получи, – муж врезал депутатке оплеуху. – Поправка. От благодарного электората.