 |
Вадим Жук
* * *
Я не хожу в израильтяне.
Не то, чтобы меня не тянет,
Но я ничем не заслужил.
И мой отец – комбат-батяня,
И предки инопланетяне,
Навозный шарик свой катя, не
Вздыхали вслух: Чтоб я так жил...
Мы сами будем с Украины,
За нами накопились вины,
Над нами грохотал погром.
В роду ни одного раввина,
Однако, обе половины
Идут от древней пуповины
И Ноев им знаком паром.
Увы, средь них не сыщешь Креза,
А также Баха с Веронезе.
Одесса, Киев, Яготин.
Там не звучали до диезы,
Не шли паркетом полонезы,
Лишь я поэт и не обрезан.
Но должен быть в семье кретин?
Да, это я. Анчар и циник,
Давно перевалил полтинник,
Мой диспансер СССР.
Дитя советских поликлиник,
По темпераменту сангвиник,
В быту и речи матерщинник.
Мой несессер убог и сер.
В нем сор воспоминаний детских,
Парт, мела, досок, стенок шведских,
Подбор девичьих нежных лиц,
В нем аромат борщей соседских,
Бренчанье песенок советских,
Кружок знакомых полусветских
И никакой Аустерлиц.
Еврей я только по несчастьям,
Дворовым небольшим ненастьям,
По злобе хулиганских глаз.
Но у меня хватало снасти –
Веселья хитрости и страсти,
Ловя подобные напасти
Вывёртываться каждый раз.
Не заслужил я Израиля.
Здесь без меня в горах долбили
Дороги. Землю на плечах
Здесь без меня в пески носили,
В меня орудия не били,
Могу с таким же правом в Чили
Или в Нагорный Карабах
Уехать. Для моих извилин
Седой иврит тяжел и пылен
Мне в нем созвучий не ловить.
Я по славянски не цивилен.
Мой дух совсем другим замылен.
В подвалах чуждых мне давилен
Мне сок прозрачный не давить.
Мой самолет застыл в ангаре.
Я доживу в своем угаре.
В моем кипящем самоваре
Мне, если честно, хорошо.
И будьте счастливы, бояре,
В своей Отчизне – Божьем даре.
Я за пример вам благодарен.
А то, что дядя в Бабьем Яре,
Сам виноват, должно быть, парень.
Не тою улицей пошел.
|