Закалка

Когда Брону (теперь 56) исполнилось 5, отец стал таскать его с собой на утренние пробежки. Зимой полагалось ещё и обтираться снегом. Если Брон капризничал, то отец больно, до красноты, обтирал его сам. Если Брон ленился бежать, отец тащил его за собой и обзывал "дохлятиной". Брон навсегда возненавидел зимнее питерское утро. Став взрослым, с отцом почти не общался. Поселился в Мельбурне. Когда отец заболел, заставил себя прилететь. Пришёл навестить в больнице. Как назло была зима, и было утро. Отец лежал под капельницей и морфием, но Брона узнал. 

– А помнишь, как мы бегали по утрам?! – спросил он. – Тебе так нравилось! Читать дальше

Синдром Зисквита

Зисквит (57) пришёл к врачу со странным расстройством. За последние 45 лет он сменил 8 стран, везде успешно овладевал языком, и вот теперь, переехав в Израиль и изучив иврит, столкнулся с проблемой: как только ему нужно говорить на иврите, из него лезет китайский, в Китае, куда часто летает по бизнесу, почему-то греческий или тот же иврит, в Греции, как назло, любой, только не греческий, и так далее. Даже с женой не удаётся толком поговорить по-французски, все время испанский всплывает вперемежку с португальским.

– А какой ваш родной язык? – спросил растерянный врач. Читать дальше

Не пикник

– Мама, ну я же специально подарил тебе набор наилегчайших французских кастрюль! Зачем ты опять надрываешься с этим чугуном? – посетовал матери (89) Коган (59) .
– Потому что жизнь, мой дорогой...
– Знаю, не пикник! – продолжил знакомую с детства мантру сын. – Но у тебя больная спина!
– Нормальная у меня спина, – огрызнулась мать. – А поварешки эти забери! Пусть твоя жена-пионерка в них готовит!
Готовкой в семье заведовал как раз Коган. Однажды жена (29) по совету своего психолога решила 

Читать дальше

Рис. Андрея Попова

Просьба

– Если надумаешь от меня уйти, умоляю, только не к молоденькой! Это ужасно пошло! – сказала Долинская (56), прежде, чем закурить после – как всегда бурного – соития с мужем (42). Читать дальше