В капусте нашли взрослого.
Игорь Иртеньев
* * *
Без всякого влечения полового (Либидо, как народ его зовет) Я вас люблю в хорошем смысле слова, Я вас люблю на много лет вперед. Всё в вас во мне рождает шок и трепет, Я бы сказал, буквально всё подряд, Мне нравится бессмысленный ваш лепет И мил расфокусированный взгляд.
Читать дальше
Чтоб своей широкою спиною Оградить меня от разных бед, Родина склонилась надо мною, Заслонив собой весь божий свет, Простерев себя на все четыре – Или сколько там их? – стороны. Нет второй такой в подлунном мире, Глядя с точки зренья ширины.
Вот и пришел на все вопросы Один единственный ответ. Ну что, друзья америкосы, Примите пламенный привет. Мы вас в своем коронном стиле, Что нам, замечу, не впервой, По полной схеме опустили, Макнув в парашу с головой.
Листья облетают, воздух холодает, Время протекает задом наперед, В парке на скамейке женщина рыдает, А чего рыдает, хрен ее поймет. Женщина рыдает в напряженной позе И порой вздыхает грудью тяжело, Руки без перчаток стынут на морозе, Ноги без колготок холодом свело.
Отвечая Константину Райкину по поводу вмешательства государства в дела искусства, Д. Песков заявил, что власть имеет право «обозначать темы» произведений искусства, за создание которых платит. Как говорят в Одессе, кто девушку ужинает тот ее и танцует.
Поужинав деву я плотно, На танец ее пригласил, Она согласилась охотно И свежих исполнена сил Со мной до утра танцевала, Пока не забрезжил рассвет. Ей было ни много, ни мало Двенадцать, как максимум, лет.
И так проблем-то до хрена И жизнь совсем кривая, А тут еще на днях война Случилась мировая. Буквально среди бела дня В четыре пополудни, Такая вот у нас херня, Такие наши будни.
Не, ну где вы такое видали, Блять, уже оборзели вконец – Бобу Дилану Нобеля дали, Подвели под лавровый венец. С бодуна непонятно какого Так отметить убогое чмо, Что связать-то не может два слова Да и спеть их не может само.
Прощай, Москва моя, навеки
Прощай, беспутная, навеки! Покойся с миром, милый прах, Как знак собянинской попеки Твой призрак будет жить в веках. Адепту новой перестройки, Чем градом сим руководить, Равнять бы в ряд по нитке койки, Да блеск в сортирах наводить.
Печален дней моих закат И пусть печаль светла, Но жизнь моя не шоколад И прежде-то была. Ни счастья мне не дал Господь, Ни разума, ни сил, От всех отрезанный ломоть, Я тяжкий крест носил.
Завершая триумфальные гастроли по южному полушарию, автор оказался на одном симпатичном островке, который вызвал у него некоторые соображения, как лирического, так и геополитического толка.
Зеландия! Где мне найти слова, Хоть и без них ежу любому ясно, Насколько ты безудержно нова, Богата, плодородна, и прекрасна. Пусть родом мы с тобой из разных мест, Пусть нас порой экватор разделяет, Один животворящий южный крест, Как двух сестер нас разом окормляет.